Владимир Высоцкий, даже будучи популярным в Советском союзе актером и певцом, на протяжении всей своей карьеры мечтал, чтобы признали в первую очередь его поэтическое дарование. Ведь, именно поэтом он видел себя в качестве основной творческой единицы.
Тем не менее общественность упорно отказывала Высоцкому в этом статусе, ведь были на тот момент уже востребованные поэты: Евгений Евтушенко, Белла Ахмадуллина, Роберт Рождественский, Андрей Вознесенский.
Но дело, возможно, было вовсе не в конкуренции, а в том, что профессиональная поэзия подразумевает благозвучность и соответствие правилам стихосложения, чего у Высоцкого не было. Его произведения оживали лишь тогда, когда он их начинал исполнять, наполняя авторской энергетикой.
Даже сейчас, если пролистать сборник стихов Высоцкого, отвлеченно, не вспоминая то, как они звучали в его исполнении, многими они будут восприниматься достаточно сухо.
Единственный профессионал от литературы, который признавал Высоцкого значимым поэтом, стихи которого переживут все его роли и песни, это Иосиф Бродский. И это при том, что они с Высоцким не были друзьями.
Современники вспоминают, что Владимир Семенович использовал каждую свободную минуту, чтобы что-нибудь писать. Писал даже на салфетках и сигаретных пачках.
А последние десятилетие жизни Высоцкого было отмечено его поэтическим подъемом. Его песни Охота на Волков, Райские яблоки и Кони привередливые стали настоящими хитами советской эстрады. И тексты их оказываются вполне читабельными и без музыкального сопровождения.
Но все же были у Высоцкого и стихи, которые он не воспринимал как материал для будущих песен. В их числе его самое последнее стихотворение, датируемое 11 июня 1980-го года, и посвященное супруге и музе барда Марине Влади, которая действительно заслуживала столь трепетного к ней отношения. Ведь, именно Влади не единожды спасала Владимира от последствий его чрезмерного и пагубного увлечения спиртным и другими сильнодействующими веществами.
У стихотворения нет названия как такового, поэтому в сборниках оно и располагается как последнее произведение автора, и в названии значится первая строчка, как это обычно и бывает с поэзией, которую автор самостоятельно не озаглавливает.
Трогательное, полное надежды с одной и фатализма, с другой стороны, оно начинается словами: И снизу лет, и сверху маюсь между.
